Проблема осуществления управляемого термоядерного синтеза давно и хорошо известна.  Корень проблемы в том, что эффективное сечение реакции ядерного синтеза имеет очень маленькие размеры. Ядра атомов должны сблизится до (10^–14 м)  и преодолеть отталкивающий потенциал в несколько сотен (кэВ), а это эквивалентная температура в несколько миллиардов градусов. С разгоном частиц до нескольких сотен кэВ особых проблем нет, но попасть ядром в ядро – оказалось  не просто.     Прицельный параметр сближения ядер должен быть в районе тех же (10^–14 м), а это в десять тысяч раз меньше классического диаметра атома водорода. Казалось, что нет никаких надежд, принудительно, с такой  немыслимой точностью, направить ядра навстречу друг с другом, и остается только многократно  бросать их  навстречу друг другу,  надеясь, что рано или поздно, разогнанные ядра случайно столкнутся . А это в корне меняет и портит всю идею ядерного синтеза. Формула – затратили на разгон ядер, несколько сотен электрон-вольт, а получили несколько миллионов электрон-вольт,  оказалась не точной. В действительности выходит, что для одного акта ядерного синтеза, нужно бросать ядром в ядро несколько миллионов раз, и каждый раз разгонять эти ядра до нескольких сотен КэВ.

Современная теория УТС, видит выход в банальном нагревании термоядерного топлива до температуры в десятки и сотни миллионов градусов, и его удержанию при такой температуре до тех пор, пока большая часть ядер, двигаясь хаотически, не столкнутся и не вступят в реакцию.  По сути, удержание плазмы, это и есть организация очень большого количества бросков ядром в ядро, в надежде  случайно попасть  точно в цель. Легко посчитать, что только одна из ста миллионов частиц попадет в ядро даже в том случае, если ускоренные ядра направлены точно в атом мишени.                                                                                                       Путеводной звездой УТС служит известное условие Лоусона, которое дает количественное соотношение между плотностью плазмы и временем ее удержания. Условие Лоусона, это и фундамент и священная корова, в современной теории УТС.  В его основании постулат, что частицы в плазме движутся хаотически, а их скорости распределены по закону Максвелла, и если достаточно долго удерживать сгусток частиц, то, рано или поздно, большинство частиц удачно столкнутся и вступят в реакцию. Чем больше плотность частиц, тем меньше времени нужно удерживать плазму.

Таким образом постулируются газокинетические свойства плазмы, и в этом корень всех проблем и неудач с реализацией УТС.Как оказалось, при температуре в десятки миллионов градусов, частицы плазмы уже не могут двигаться хаотично и беспорядочно. Под воздействием собственных магнитных полей частицы собираются в струи (в отдельные пучки, потоки), а эти струи взаимодействуют между собой таким образом, что образуются точки фокуса (трехмерные перекрестки этих пучков). Пересекая точки фокуса, пучки частиц сжимаются (автофокусируются) и их диаметр сравнивается с длиной волны де Бройля.

В итоге, плазма кардинально меняет свои свойства. Ее плотность становится предельно неравномерной,    и при малой средней плотности, достигает фантастических значений (нейтронная плотность) в точках фокуса. В каком бы направлении ни двигалась бы частица в такой плазме, она будет затянута в ближайшую точку абсолютного фокуса, (размеры которой равны длине волны де Бройля для положительных частиц) пройдет ее, снова будет затянута в следующую ближайшую точку фокуса, и. т.д.  Учитывая то, что длина волн де Бройля для положительных частиц (ионы дейтерия, например) сравнима с радиусом ядерных сил, а в каждой такой точке могут находиться сразу несколько положительных ядер -  реакции ядерного синтеза  идут именно в этих точках. Эти реакции идут не за счет случайных лобовых столкновений положительных частиц в высокотемпературной плазме, как это утверждает современная теория термоядерного синтеза, но за счет сверхвысокой плотности вещества в указанных точках абсолютного фокуса, и туннельного эффекта.   Нечаянная реализация неуправляемого ядерного синтеза при разогреве, смеси дейтерия с тритием, до температуры в несколько десятков миллионов градусов - увела в безнадежный тупик всю современную теорию плазмы и термоядерного синтеза. Получив  термоядерный взрыв, при помощи разогрева термоядерного топлива -  все убедились в простейшем, но на самом деле, грубо ошибочном механизме протекания реакции термоядерного синтеза. Ни у кого не осталось и тени сомнений, что синтез идет за счет случайных столкновений частиц в высокотемпературной плазме, при их хаотичном тепловом движении, и как результат - длительные, изнурительные, неудачные и совершенно бесперспективные попытки реализовать управляемый ядерный синтез, нагревая и удерживая термоядерное топливо.  Еще в тридцатых годах, (на заре изучения плазмы)  некоторые ученые (например физик Власов)  указывали, что к плазме совершенно не применимы  газовые законы, т.к. все ее частицы одновременно взаимодействуют между собой через магнитные и электрические поля, следовательно движение частиц в плазме нельзя рассматривать отдельно от поля, а поле от движения. Однако самосогласованные математические  задачи толком не решаются даже сейчас, при помощи мощных компьютеров, и эта, как теперь стало ясно, абсолютно правильная методика, была отброшена. Термоядерные взрывы окончательно  дискредитировали правильную идею,  поставили  печать абсолютной истины, на  примитивную, (во многих местах грубо подтасованную под экспериментальные факты), газокинетическую теорию У.Т.С., и на грубо ошибочное условие Лоусона , а авторов всего этого, превратили в  небожителей от науки.  Таким образом был заморожен и заторможен, на десятки лет, весь прогресс, в этой очень важной и сложной области знаний.  

На самом деле все оказалось значительно сложнее и намного гармоничнее.